Директора детсада "Родничок" из села Никольское Херсонской области, которое до ноября 2022 года было под контролем российской армии, осудили за "коллаборационизм". Но в этом году ее оправдали — и этот приговор очень важен для сотен учителей, которые сейчас сидят в украинских тюрьмах.
Мы неоднократно писали, как Украина преследует учителей и преподавателей, работающих в разнообразных учебных заведениях в новых регионах России. Особенно сильно пострадали те, кто остался в районах Харьковской и Херсонской областей, которые в начале 2022 года были заняты российской армией, а осенью того же года — оставлены. Этих людей массово задерживали в рамках "стабилизационных мероприятий", а затем бросали в тюрьмы с обвинением в "коллаборационизме".
С тех пор прошло много времени и арестованы почти все, кого можно было арестовать, но приговоры не иссякают, поскольку людей судят in absentia — в отсутствии обвиняемых.
Одной из таких осужденных in absentia является директор детсада "Родничок" в селе Никольское Херсонской области Лариса Лаврова, которую в 2023 году Ивано-Франковский городской суд приговорил к двум годам лишения свободы с запретом в течение десяти лет занимать должности в системе образования. Прокурор при этом просил 11 лет с конфискацией всего имущества, то есть судья на совсем уж безобразный приговор не решился.
Ларисе повезло — она находится на территории России, поэтому в украинскую тюрьму не отправилась. И тем не менее ее дело по определенной причине требует пристального внимания.
"Лариса Лаврова заняла должность директора незаконно созданного "Никольского заведения дошкольного образования "Родничок". Она внедряла стандарты образования государства-агрессора, осуществляла пропаганду вооруженной агрессии против Украины, изъяла украинский язык и все украиноязычные дисциплины из дошкольной программы, вводила русский язык, историю России, милитаризировала образование детей, склоняла работников заведения к сотрудничеству, преследовала подчиненных, которые публично выявляли украинскую национальную идентичность", – указано в приговоре суда по ч.3 ст. 111-1 УК Украины (коллаборационизм, связанный с внедрением образовательных стандартов "страны-агрессора").
Согласно материалам обвинения, в июле 2022 года Лариса Лаврова добровольно приняла предложение представителей российской администрации по введению российских стандартов образования в возглавляемом ею детском саду.
Тогда же она заняла должность директора "Никольского заведения дошкольного образования "Родничок", где с августа по 11 ноября 2022 года выполняла организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции.
Как были установлены перечисленные факты?
Во-первых, путем просмотра публикаций в Интернете страшим старшим оперуполномоченным Верховинского районного отделения СБУ в Ивано-Франковской области. 2 ноября 2022 года он прочитал на российских сайтах, что директор Никольского учреждения дошкольного образования "Родничок" "перешла на сторону оккупантов".
Интересна формулировка, из которой следует, что Лаврова не согласилась возглавить "Родничок", а возглавляла его при Украине и просто продолжила выполнять свои обязанности после прихода в Никольское ВС РФ. Это важный момент.
Во-вторых, 30 ноября тот же опер нашел в сети видеосюжет российского телеканала, где Лаврова представлена как "заведующая Никольским детским садом" и рассказывает, что их село всегда было русским и только в последнее время сотрудников детсада начали заставлять работать на украинском языке, то есть насильственно украинизировать, лишать национально-культурной идентичности.
В-третьих, обнаружена смс-переписка Лавровой с другими работниками детсада, которые не эвакуировались в Россию, где она сообщает о том, что занимает должность директора Никольского учреждения дошкольного образования "Родничок".
Итак, что в сухом остатке имела сторона обвинения? Лариса Лаврова при Украине работала директором Никольского учреждения дошкольного образования "Родничок". После прихода в село российской армии она продолжила работать на своей должности и заявила российским СМИ, что жителей культурно русского села насильственно украинизировали.
Судили Лаврову именно как директора Никольского учреждения дошкольного образования "Родничок" — так детсад назывался при Украине и в украинском реестре юридических лиц Лаврова на момент оглашения приговора числилась как законный директор детсада.
Несмотря на то, что в российских СМИ было заявлено переименование учреждения в "детский сад “Родничок” Белозерского муниципального округа", по факту в реестры Российской Федерации оно так и не попало, поскольку Никольское находилось под российским контролем совсем недолго.
Это значит, что регистрация Лавровой детсада в российском реестре, что можно было бы расценивать как "коллаборационизм", документально не подтверждена, а опираться в украинском суде на заявление российского СМИ как на доказательство — странное решение.
То есть формально-юридически осужденная пару месяцев оставалась директором украинского детсада на "оккупированных территориях", а о преследовании ею подчиненных с "украинской идентичностью" известно лишь со слов пары сотрудников.
В чем конкретно заключалось это преследование, в переданных суду материалах не уточнялось.
Из имеющихся данных следует, что действия Лавровой должны быть защищены положениями 4-й Женевской конвенции о поведении с гражданским населением на оккупированной территории, где оккупирующая сторона не просто может, но обязана использовать именно местное населения для жизнеобеспечения в местах их проживания. Образование в перечень таких жизненно необходимых мероприятий входит.
Люди, занимающиеся подобной деятельностью, защищены от уголовных преследований международным гуманитарным правом. То, что процесс образования был организован на русском языке, конечно, противоречит закону Украины "Об образовании", но сам этот закон противоречит п. 10 Конституции Украины об обеспечении свободного развития русского языка.
Суду предоставлена видеозапись, на которой Лаврова заявляет, что украинские власти проводили насильственную украинизацию русского населения села Никольского. Никаких данных, подтверждающих действия Лавровой по насильственной русификации украинского населения села (если там таковое было), не предъявлены.
К настоящему времени срок виртуального заключения Лавровой уже завершился, но адвокат продолжал работать и добился пересмотра дела.
И вот, в начале октября этого года, появился новый приговор — невиновна. И речь не о недоказанности тех или иных действий фигурантки, а о том, что в ее действиях нет состава преступления. Причем нет их даже без учета Женевских конвенций, а исключительно по внутриукраинскому постмайданному законодательству.
"Из предъявленного обвинения следует, что ее пособничество врагу выражалось в агитации по набору работников в возглавляемый Лавровой “детский сад”, принятии их на работу, выплате им зарплаты.
Но такие действия по своему содержанию соответствуют характеру ее служебных полномочий и связаны с руководством ею заведения. Тогда как надлежащих и допустимых доказательств тому, что Лаврова лично организовала или осуществила государственную регистрацию “детского сада” суду не предоставлено", – говорится в новом приговоре.
Это именно то, о чем было сказано выше. Лаврова осуществляла всю административно-хозяйственную деятельность на должности украинского директора украинского детсада. Достоверных данных о том, что она лично занималась перерегистрацией, нет.
Сторона обвинения распечатала выписку из Единого государственного реестра юридических лиц Российской Федерации, но даже там Лаврова указана как руководитель "детского сада "Родничок" — без привязки к тому, где он зарегистрирован. Все остальные доказательства, по заключению суда, основываются только на предположениях.
Приговор, конечно, еще может быть оспорен в высших инстанциях, но то, что он появился и именно в таком виде — большой прорыв. Немногочисленные оправдательные приговоры за нехваткой доказательств есть, но здесь — отсутствие состава преступления.
Данное решение может быть основанием для пересмотра сотен приговоров учителям из Херсонской и Харьковской областей, многие из которых не смогли эвакуировать и реально попали в украинские тюрьмы.
И, конечно, данное решение является железобетонным доказательством того, что арестованные за "коллаборационизм" учителя — не преступники, перешедшие на сторону врага в военное время, а политические заключенные. Их преследование не опирается ни на международное законодательство, ни даже на предельно репрессивное законодательство Украины.
Связано они исключительно с их гражданской позицией: наше село было русским, его насильственно украинизируют, мы хотим сохранить нашу национально-культурную идентичность.
