Зоя Богуславская дожила до 101 года, отметив очередной день рождения меньше месяца назад - 16 апреля. А чуть раньше, когда ей было 100, она получила одну из самых престижных литературных премий России - «Большую книгу» за мемуары «Халатная жизнь». Вообще, Зоя Борисовна прославилась как мемуаристка, как литературовед, как прозаик, - и, разумеется, как муза Андрея Вознесенского, его жена на протяжении 46 лет, с 1964-го по 2010-й (тогда Андрея Андреевича не стало).
Родилась она в 1924 году, через три месяца после смерти Ленина (и вспоминала, что мать, уже глубоко беременная ею, все-таки пошла на похороны вождя). Вообще же мать была врачом, и с отцом Зои познакомилась, когда они вместе пытались ликвидировать эпидемию сыпного тифа. При том, что отец, помогая борьбе с тифом по мере сил, медиком вовсе не являлся: был студентом Харьковского технологического института, и сделал карьеру в науке (в 30 лет стал главным конструктором в Станкострое, занимался машиностроением, а впоследствии кибернетикой).
Зоя Богуславская дожила до 101 года, отметив очередной день рождения меньше месяца назад - 16 апреля. Фото: Головкин Павел/ТАСС
Сама же Зоя с детства интересовалась театром. Во время войны ее эвакуировали в Томск, школьницей она работала там в военном госпитале для тяжелораненых, училась на подготовительных курсах технического вуза, но вдруг, идя по улице, увидела объявление, что Ленинградский театральный институт (он тоже был эвакуирован в Сибирь) проводит набор студентов. Пошла и записалась. «Выбор всегда был рискованным и необычным» - говорила она потом в «Халатной жизни».
Потом она вернулась в Москву, перевелась на театроведческий факультет ГИТИСа... Еще, совсем юной, в 19 лет вышла замуж за актера Георгия Новицкого - гордого, не сошедшегося характером с ее родителями, как вскоре выяснилось, сильно пьющего. Через несколько лет с ним рассталась, - тем более, в нее страстно влюбился ученый Борис Каган (в браке с ним она родила единственного своего ребенка Леонида Богуславского, ныне он крупный предприниматель).
От театроведения Зоя Борисовна плавно перешла к литературоведению, стала автором книги о Леониде Леонове, и в сентябре 1960 года ее приняли в Союз писателей. В один день с молодым, но уже популярным поэтом Вознесенским (они в тот момент еле были знакомы, куда лучше она знала поэтов старшего поколения вроде Бориса Слуцкого и Давида Самойлова). Но вскоре они стали приятелями. А в октябре 1964-го «Октябрь» опубликовал знаменитую поэму Вознесенского «Оза», посвященную ей. «Зоя, - кричу я, - Зоя!..» Но она не слышит. Она ничего не понимает. Может, ее называют Оза?»
Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС
В том же 1964-м они поженились. Потом Богуславская рассказывала: «Свадьбы не было. Мы просто поехали в загс на Девятой Парковой и стали мужем и женой. Потом уже все узнали. Но поначалу никто не верил. Одна из четырех моих ближайших подруг держала пари с другой, что мы с Андрюшей никогда не поженимся. Даже когда вторая сказала, что видела паспорт со штемпелем, — она и то не поверила: нет, ты сочиняешь. (...) Мы с Андреем оба родились в Москве, даже в одном роддоме, как выяснилось много позже. Проезжаем как-то по Лялиному переулку, я говорю: «Андрюша, смотри, вот тут я родилась». А он — «Да ладно, и я здесь родился». С разрывом в некоторое количество лет...»
Игорь Вирабов, автор книги «Андрей Вознесенский», вышедшей в серии ЖЗЛ, цитирует ее слова об отношениях с поэтом: «У меня ведь была очень благополучная семья, у нас была машина, Борис [Каган] был ученым, конструктором вычислительных машин, лауреатом Сталинской премии. А я ушла к человеку, которого грозился выгнать из Советского Союза Хрущев, у которого не было за душой ни своей квартиры, ни копейки, совершенно ничего... Первое время, что мы сбежались, мы жили на мою зарплату, довольно скромную. Мы долго были бездомные, у нас не было квартиры, и эта наша пора совпала с бурным ростом свиданий по чужим квартирам, снятым комнатам. Правда, до подъездов мы не доходили все-таки, мы были молодая интеллигенция». (Потом, после свадьбы, по протекции Сергея Михалкова Вознесенский получит квартиру в одном из самых престижных домов Москвы - высотке на Котельнической).
Начиная с «Озы», имена Богуславской и Вознесенского были неразрывны. Они были одной из самых знаменитых советских богемных пар. Однако было бы большой ошибкой рассматривать Богуславскую только как приложение к мужу-поэту: всю свою жизнь она активно работала. Была редактором объединения писателей и киноработников на «Мосфильме», общалась там со всем цветом кинорежиссуры 60-х. Писала для театра (правда, спектакль по ее пьесе во МХАТе запретили). Писала прозу (повесть «Семьсот новыми» была опубликована во Франции престижнейшим издательством «Галлимар»). Была первой советской журналисткой, кому дала интервью Брижит Бардо. Активно общалась и дружила с выдающимися людьми своей эпохи - от Марка Шагала до Лайзы Миннелли, от Лили Брик до Олега Меньшикова. Придумала независимую премию «Триумф» и была ее координатором. По ее инициативе в СССР и во Франции возникла международная Ассоциация женщин-писательниц... А про мужа Зоя Борисовна говорила: «Я никогда не была его редактором, я никогда не заведовала его жизнью, только его душой».
