Послевоенные годы подарили нашей стране целую плеяду выдающихся актёров-фронтовиков: Анатолия Папанова, Сергея Бондарчука, Владимира Этуша, Владимира Басова, Зиновия Гердта, Юрия Никулина, Иннокентия Смоктуновского… Ни до, ни после них так никто не играл, и не играет. Последний из этой выдающейся когорты – Владимир Заманский
Он родился 6 февраля 1926 года в Кременчуге. Об отце вспоминать не любил – тот по одним данным рано умер, по другим – оставил мать Володи, Голду Исаевну Заманскую, и она воспитывала сына одна. Семья жила благодаря заработкам матери, которая была хорошей швеёй.
22 июня 1941 началась война. Мост через Днепр немцы разбомбили ещё в июле, а через полтора месяца после начала войны, 9 августа, они вышли на правый берег реки и начали массированный обстрел города. Кременчуг под вражескими бомбами и снарядами горел. В этом разверзшемся ужасе погибла мать Володи, а сам он был эвакуирован в Харьков. Там его приютила тётка, Клара Исаевна. Но в октябре враг дошёл и туда, и вместе с роднёй Заманский поехал в эвакуацию, в Узбекистан. Там поступил в техникум связи.
В 1943 году, в 17 лет, его призвали в армию, в разгар войны это была распространённая практика. Новобранцев призывали за несколько месяцев до наступления призывного возраста из расчёта, что пока они будут проходить обучение и подготовку, нужный возраст будет достигнут.
Володя очень хотел стать разведчиком-радистом, мстить за мать, и когда на призывной комиссии ему сказали, что у него плохое зрение, и это невозможно – ему можно служить только в тылу, он заплакал. Для всех это было такой неожиданностью, что ему пошли навстречу и отправили в школу радистов, где он обучался работе на ключе и знакомился с разными моделями отечественных раций.
В мае 1944 года Заманский уже был на фронте, его направили служить радистом в 1223-й самоходно-артиллерийский полк (сап), входивший в 29-й танковый корпус 5-й гвардейской танковой армии 3-го Белорусского фронта.
Полк этот был необычный – он сражался на ленд-лизовских американских самоходках М10 "Вулверин", что в переводе с английского означает "Россомаха". Особенностью этих машин, использовавших шасси танка M4A2 "Шерман", была открытая вращающаяся башня с установленным в ней 3-дюймовым (76,2 мм) орудием. В 1943 году СССР получил 52 такие машины, которыми были укомплектованы два самоходных полка: уже упоминавшийся 1223-й и 1239-й, по 21 машине в каждом. Боевое крещение они получили при освобождении Белоруссии во время операции "Багратион", под Оршей.
Наступление началось в 20-х числах июня, уже в первые дни вражеский фронт был прорван сразу в нескольких местах. Большая часть сил группы армий "Центр" попала сразу в несколько "котлов", из которых то там, то тут прорывались отдельные группы вражеской пехоты и бронетехники, которые устраивали на дорогах засады. В одну из таких попало и подразделение Заманского. На узкой лесной дороге немцы подбили первую и замыкающую машины колонны, а затем стали расстреливать остальные. М10 Володи тоже загорелась, он получил тяжёлое осколочное ранение в голову, но смог выбраться из машины и спасти командира своего экипажа.
После излечения, в августе Заманский вернулся обратно в часть и продолжил службу, в то время она уже воевала в составе 2-го Прибалтийского фронта, затем 2-го Белорусского. В феврале 1945-го, в Померании, экипаж самоходки подбил немецкий танк Pz.Kpfw IV и уничтожил 50 вражеских солдат и две повозки с боеприпасами, после чего первым вышел к важному перекрёстку шоссейных дорог. За этот подвиг Владимира наградили медалью "За отвагу".
После окончания войны Заманский ещё долго служил, и в 1950 году его постигло несчастье – он участвовал в групповом избиении молодого заместителя командира взвода, любившего показать свою власть над солдатами. Видимо, инцидент обернулся тяжёлыми увечьями, так как его никто не замял – дело передали в трибунал.
Заманского вместе с остальными участниками преступления приговорили к различным срокам исправительно-трудовых работ, он получил 9 лет. В лагере Владимир Петрович не сидел – его направили трудиться на стройки сначала в Харьков, а затем в Москву, где он возводил Московский университет. После смерти Сталина за опасные высотные работы срок Заманскому "скостили", и он в результате отсидел меньше 4 лет.
Молодой 28-летний человек оказался на свободе, в столице, без жилья, без родных, без профессии. Заманский пошёл поступать, причём не куда-нибудь, а в актёрскую школу-студию МХАТ. В первый раз его не приняли, потому что в своей биографии он честно изложил, что сидел, но потом всё же дали сдать экзамены. Он сдал, уехал к тётке в Харьков, но оттуда написал в школу-студию, что обманул всех – аттестата о среднем образовании у него нет. Оттуда пришёл ответ с предложением пройти учёбу вольнослушателем, то есть без стипендии и предоставления общежития. Подумав, Владимир собрал вещи и поехал обратно в столицу.
Во время учёбы ему приходилось очень тяжело. Он был вынужден по вечерам и ночам работать на различных тяжёлых работах, а днём учиться. Ночевал, где придётся. Наконец в 1958 году учёба закончилась, и его взяли в созданный всего за два года до того молодыми актёрами невероятно популярный в то время театр "Современник". Следующие 8 лет Заманский работал бок о бок с такими великими актёрами, как Олег Ефремов, Игорь Кваша, Олег Табаков. Но самыми невероятными он считал Евгения Евстигнеева и Олега Даля.
Актёры отмечали его гуманизм и нравственность, и умение замечательно рассказывать в обязательных театральных интересные истории, которых после фронта и заключения он знал очень много.
Однако, хоть Заманский и считал время, проведённое в "Современнике", для себя полезным, своим положением в театре он удовлетворительным не считал – ему не давали главных ролей, а вечно находиться на вторых он не хотел.
В кино у него с ролями дела обстояли намного лучше. В 1959 году Заманский снялся в фильме киностудии "Молдова-фильм" "Колыбельная". Затем, через год, была тоже роль второго плана, но в дипломной работе Андрея Тарковского "Каток и скрипка". О нём Заманский впоследствии говорил, что через своё творчество Тарковский шёл к Богу. Однако дальнейшее их сотрудничество было ещё впереди, пока же приглашения по нарастающей поступали от других режиссёров.
В 1962 году он снялся в знаковом отечественном фильме "На семи ветрах". Затем в 1963 году Заманский получил главные роли на "Ленфильме" в киноленте "Пока жив человек", и на Киевской киностудии им. Довженко в киноленте об обороне Севастополя – "Трое суток после бессмертия". После работы в этих фильмах роли посыпались, как из рога изобилия – за 60-е стали он снялся в 20-ти фильмах, в том числе сыграл генерала Батова в знаковой эпопее Юрия Озерова "Освобождение" (1969).
Из "Современника" Заманский в 1966 году ушёл, какое-то время играл в Театре Ермоловой, но в 1972 году и оттуда перешёл в Театр-студию киноактёра. Там он отработал следующие 8 лет, а затем вообще сотрудничал с театрами только по договорам. Однако с "Современником" Заманский всё равно оставался связанным. С 1962 года он был женат на Наталье Климовой, которая была актрисой театра. В 1966 году, буквально через несколько дней после премьеры одной из самых известных кинокартин, в которой она сыграла – "Снежная королева" (1966) (Климова сыграла Снежную Королеву), пара узнала, что ждёт ребёнка. Но так как постоянного жилья не было, и рождение ребёнка означало конец карьеры актрисы, она сделала аборт… после чего уже не могла иметь детей.
70-е для Зеленского выдались ещё удачнее – 36 кинолент, среди которых оказалось много настоящих киношедевров, настоящих, как принято говорить в киношных кругах "нетленок": "Миссия в Кабуле" (1970), "Бег" (1970), "Инспектор уголовного розыска" (1971), "Фронт без флангов" (1975), "Два капитана" (1976), "Вечный зов" (1977), "В зоне особого внимания" (1978), "Цыган" (1979), "Аллегро с огнём" (1979). Он озвучил у Тарковского роли в его шедеврах мирового значения "Солярис" (1972) и "Сталкер" (1979).
Но главной работой в кино, как считает и сам актёр, и практически все почитатели его таланта, для него стала роль сбежавшего к партизанам немецкого полицая Александра Лазарева из первой самостоятельной работы Алексея Германа "Проверка на дорогах" (1971). Фильм этот из-за личного вмешательства Суслова показали только 15 лет спустя, в 1986 году, указав, что снят он в 1985. Причиной было то, что он поднял очень неудобную и замалчиваемую в СССР до Перестройки тяжёлую правду о бывших советских военнопленных, которые перешли на сторону немцев и служили в различных подразделениях коллаборационистов.
После того, как "Проверка на дорогах" вышла на экраны, успех её оказался ошеломительным. Хоть фильм и собрал всего 9 млн. зрителей, они все говорили и много обсуждали в прессе. Его создателям и исполнителям главных ролей, в том числе и Владимиру Петровичу, в 1988 году вручили Государственные премии.
31 января 1989 года Заманскому присвоили звание Народного артиста РСФСР… а затем случился развал страны и коллапс кинопроизводства. Денег не стало, и Заманский с женой продали в 1998 году квартиру, ушли из театров и уехали, или, как говорит Владимир Петрович, бежали в Муром. Здесь они купили небольшой домик буквально в 70 шагах от церкви, в котором и живут до сих пор, отдавая большую часть времени молитвам и поискам Бога. Владимир Заманский свято уверен, что, если бы не это решение, до векового юбилея он бы со 100%-й вероятностью бы не дожил.
