Мы уже писали сегодня, что бизнес тоже пошел на войну. В целом война – это бизнес. Банальность и трюизм, когда читаешь об этом в книгах и газетах. А когда это становится реальностью, всегда очень сложно поверить, потому что "так бывает только в книгах". Но нет, не только. Вот пример: в Харьковской области есть поселок, где как внутри, так и поблизости находится, ну прямо скажем, не один значимый с военной точки зрения объект. И РФ знают об этих объектах, а также знают о расположении украинских солдат, - информация об этом появлялась в российских тг-каналах, специализирующихся на "вневедомственной разведке". Однако ни в один из этих объектов ничего не прилетает, но зато очень точно прилетает в объект, где ничего военного точно нет. Зато есть достаточно мощный сельскохозяйственный потенциал, давайте назовем это так. И прилетает не крылатая ракета, не "Калибр", не "Кинжал" и даже не старый советский "икс". Прилетает РСЗО, и отправляет весь потенциал саламандре под хвост. И очень быстро появляются в "труханах" фотографии, чуть ли не прямо называется объект, - в общем, никакой привычной секретности. Как объяснить? Да очень просто: это называется "заказ". Ну вот не могли конкуренты по-другому справиться – а война помогла. Причем в двух вариантах. Первый - "слить" россиянам координаты под видом "скопления техники ВСУ" или "штаба и склада теробороны". Но сейчас это сложнее, россияне после нескольких таких проколов на ранней стадии проверяют все беспилотниками. Тогда запускается второй вариант. На россиян ведь можно свалить абсолютно все, а украинским ракетчикам-артиллеристам (вернее, их командованию) денежка не помешает. История недавняя, вы можете легко ее найти в ленте "труханов". И таких историй – очень много. Заправки, СТО, алкогольно-сигаретные киоски (сжигаемые гранатометами – их "скелетов" хватает в Харькове). Или "Никольский" и Барабашовский рынок, заказанные уже не конкурентами, а просто жаждущими поживиться. Да, выражение "война – это бизнес" воплощается не только в распределении военного заказа по предприятиям родственников и партнеров, как это делают в США; есть и более приземленный уровень.